Название:
Госпожа. Исповедь (часть 2, "Знакомство")Добавлен:
19.03.2025 в 10:00Категории:
Лесбиянки 18 лет По принуждению Подчинение и унижение
Ну что же, дорогие читатели, продолжим? Я буду писать так, как помню — или, точнее, как мне кажется, что помню. Вы ведь понимаете, память — штука ненадёжная, она выхватывает куски, а остальное додумывает сама. Многое я сейчас воскрешаю заново, может, даже приукрашиваю, но не судите строго. Пишу, как думаю, как чувствую — честно, насколько могу. Эта встреча в кафе — она была, но в голове она теперь живёт так, будто я сама её режиссёр. И всё же каждое слово — это я, моя правда, какой бы она ни была.
Май стоял тёплый, воздух пах цветами, но я всё равно оделась строго, как представляла Госпожу: чёрная блузка с высоким воротом, облегающая, ни намёка на слабость; юбка-карандаш до колен, с разрезом сзади; туфли на шпильке, острые, как мои мысли. Волосы собрала в тугой пучок — ни одной лишней пряди. Сижу за столиком у окна, нервы натянуты, внутри всё горит, но лицо моё спокойно, будто я здесь по делам.
Она входит — Люда. Худенькая, в скромном платье, светлом, чуть выцветшем, с короткими рукавами и подолом чуть выше колен. Очки в тонкой оправе сползают на нос, волосы светлые, чуть растрёпанные ветром. Щёки уже красные, будто она бежала или боялась опоздать. Здоровается. Садится напротив, на самый краешек стула, руки теребят край платья, взгляд в стол. Я смотрю на неё и чувствую, как во мне просыпается что-то тёмное — она такая чистая, такая моя.
— Ты выполнила приказ? Покажи, — говорю я тихо, но твёрдо, сердце колотится, хоть снаружи я спокойна. Она замирает, щёки алеют, очки чуть сползают, пока она смотрит в стол.
— Здесь? — шепчет она, голос дрожит, глаза бегают по сторонам — в кафе тихо, но люди есть, официант мелькает где-то у стойки.
— Да, — киваю я, и она сглатывает. Руки нерешительно тянутся под стол, скрытые краем скатерти, пальцы комкают юбку, подол ползёт вверх — медленно, украдкой. Я наклоняюсь чуть ближе, чтобы видеть: голый лобок, бледный, гладкий, без волос, как чистый холст. Бёдра сжаты, но не до конца — щель между ними выдаёт её наготу, её подчинение. Она вся напряжена, юбка дрожит в руках, готовая упасть обратно при любом шорохе. Меня это бьёт — её страх, её открытость, я чувствую жар в груди, но держу лицо.
— Рассказывай, что чувствовала, пока шла, — приказываю, голос мой низкий, почти шёпот. Она говорит, запинаясь, слова рвутся:
— Стыд давил... каждый шаг — как будто голая перед всеми... ветер дул под юбку, холодный, прямо туда, где ничего нет... ноги дрожали, я думала — вдруг кто-то догадается, увидит, что я без... что я такая. — Голос её срывается, она кусает губу, очки блестят от света лампы. Каждое слово — как нитка, что тянет меня к ней, я чувствую её унижение, и это меня заводит сильнее, чем я готова признать.
— Сосала хоть раз? Давала в зад? Лизала у женщин? — спрашиваю я, голос спокойный, но твёрдый, внутри всё горит. Она вздрагивает, будто от удара, губы приоткрываются, но тут же сжимаются, дыхание сбивается.
— Ничего, — шепчет она, голос тонкий, дрожащий, почти ломается. — Целовалась пару раз... в школе, в восьмом классе, с мальчиком на танцах... чуть-чуть, едва коснулись губами. — Она замолкает, щёки вспыхивают, пальцы замирают на коленях, будто не знают, куда деться. Я смотрю на неё — чистая, нетронутая, и это будит во мне что-то тёмное, жадное.
— Почему ты здесь, такая целка невинная? Понимаешь, что я с тобой сделаю? — говорю я, и слова
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Женщина и негры