Название:
НастахаДобавлен:
31.03.2025 в 00:21Категории:
Экзекуция По принуждению Романтика Подчинение и унижение
Предисловие. Идея написать данный рассказ пришла ко мне под впечатлением от романа Алексея Чапыгина “Разин Степан” 1927 г. В Части 2 “На Волгу” в параграфах (наверно это именно параграфы, слишком уж коротенькие они для глав) 10 и 11 (страницы назвать не могу, поскольку читал этот роман только онлайн в электронной версии) фигурирует крепостная девушка по имени Настя, или, как её ещё там называют – дворовая девка Настаха. Автором подробно описана сцена порки этой девушки её хозяевами – воеводой и его супругой. Пороли они её розгами на лавке по голой попе. Несмотря на то, что роман является классикой советской литературы, в описании сцены порки девушки явно прослеживается эротический подтекст. Так, воевода, несмотря на возражения супруги всё-таки настаивает на своём присутствии при наказании девушки.
— Ты иди-ко, хозяин, негоже воеводе самому зреть девкин зад.
— Умыслила тож! Да мало ли холопок бьем по всем статьям в приказной?
— То гляди - мне все едино!
Не иначе как изнывая от нетерпения увидеть порку девушки, он раньше супруги начал приготовления к ней.
“Воевода из-под лавки выдвинул низкую широкую скамью:
— И не видал хозяин, а знает, на чем девок секу...
— Козел бы тебе, Максимовна, поставить в горенке. Плеть тоже не худо иметь.
— Ужо, Петрович, заведу”.
Перед началом порки, он, не иначе как возбудившись в предвкушении от предстоящего созерцания полосуемого розгой голого девичьего зада и опять же, игнорируя возражения супруги, зажигает все свечи в комнате, явно для того, чтобы лучше лицезреть сиё действо.
Воевода высек огня на трут, раздул тонкую лучинку, зажег одну свечу, другую, третью.
— Буде, хозяин! Не трать свет.
— Свет земской: мало свечей - старосту по роже: соберет...
И, наконец, не выдержав возбуждения, он уговаривает супругу позволить завершить порку ему:
— Мало ерепенится... Должно, не садко у тя идет, Дарья?
— Уж куды садче - глянь коли.
— Дай сам я - знакомо дело!
Причём сечёт он девушку гораздо больнее, чем его супруга.
“Воевода взял у девки новый пук розог, мотнул в руке, крякнул и, ударив, дернул на себя.
— А-ай! О-о-о! - завыла битая.
— Ну, Петрович, ты садче бьешь!
— Нет, еще не... вот! а вот!” – здесь видно, как в процессе порки воевода возбуждается и входит во вкус.
“Воевода хлестал и дергал при каждом ударе.
— Идет садко, зад у стервы тугой”.
И “К двадцати ударам девка не кричала. Воевода приказал вынести её во двор и полить водой”.
Он запорол девушку до потери сознания (вряд ли с двадцати ударов, при том, что розгу у супруги он перехватил на четырнадцатом, скорее всего, при обозначенном изначально наказании в 20 розог, он начал порку заново). Две другие дворовые девушки, которых воеводша отправила за Настей, во время порки стоят рядом с лавкой и считают удары. Автором отмечается красота девушки: “Настя – приземистая, полногрудая девушка”. Отмечается также попытка ухаживания за девушкой со стороны кабацкого ярыги (помощника хозяина кабака), вплоть до обещаний спасти её от последующих порок, если она ответит ему взаимностью.
“Парня знала Настя: он ей не раз подмигивал, пробовал взять за руку мимоходом и шептал:
— Эх, милка, полюби!
Ярыга не таился Насти, считал ее своей, при ней говорил в избе, на кого указано довести воеводе”.
"Жил да был малоумной парень... родители у него были старые. А был тот парень, как я, холостой, и жениться ему пора было. - Ярыга посмотрел на Настю, она потупилась.
В избу вбежали две девушки:
— Настаха! Сколь ищем, воеводча велит к ей идти...
— Вот наше житье, - сказал кто-то, - уж ежели воеводча девок послала за какой да иных звать велит, то быть девке стеганой.
—
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Десять писем. Часть III. Письмо восьмое