Название:
Двадцать четвертый этажДобавлен:
04.08.2021 в 00:40Категории:
18 лет Зрелые Случай
с черным хлебом, и госпожа Казакевич выглядела вполне довольной жизнью. А, может, это все потому, что я предложил Марине создать интернет-студию, то есть, заняться привычным делом. Словом, я переехал к ней на двадцать четвертый этаж. «Голубок и горлица никогда не ссорятся, дружно живут»...
УборщицаВ громадной, по моим меркам, квартире Марины Васильевны Казакевич всегда было чисто. А я еще ни разу не видел Марину со шваброй и веником. И прислуги я тоже не видел.
Тридцатого декабря я ушел с работы пораньше. Шеф тепло попрощался до третьего января, и сотрудники разбежались вслед за ним. Я тоже «разбежался», все обесточил и сдал помещения комиссии во главе с инженером Маркиным. После того, как Марина отдала мне одну из своих банковских карт, деньги для меня перестали быть проблемой. Я зашел в супермаркет, набрал там целый пакет ветчины, буженины, слабосоленой осетрины и купил большую коробку с елочными игрушками. Везде стояли елки, сверкали гирлянды, и играла музыка. «Праздник к нам приходит...»! я вышел из тепла на улицу. Снег, поземка, зима. Я давно поменял свою синтепоновую куртку на канадку из черной кожи на овчине, и теперь любой мороз и ветер был мне нипочем.
У меня теперь был собственные ключи от квартиры Марины Васильевны. Замок тихо клацнул и впустил меня в прихожую. Я, не снимая куртки, прокрался на кухню и поставил пакет в холодильник. Затем прошел в свою комнату.
Да-да, Марина пожертвовала своим кабинетом, и теперь у меня была своя комната, которую я обставил по своему усмотрению. Не обошлось без кожаного дивана, пары удобных кресел и, главное, магнитолы «Телефункен» с трехполосными (большая редкость!) колонками. Был еще бескомпромиссный финский усилитель класса Д, но сегодня я не готов к «цифре». Я собирался слушать аналог! А аналог надо слушать на классике.
Еще накануне я переписал на кассету первую симфонию Чайковского «Зимние грезы». Возможно, это никакое не аудиофильство, но я сделал так, и никак иначе. Слушать громадные напольные колонки в маленькой комнате – – извращение куда большее, чем Чайковский на кассете.
Итак, куртка брошена на диван, туда же отправилась норковая шапка. Я переоделся в очень красивую синюю бархатную куртку-венгерку с золотыми шнурами и стал похож на отставного гусара. Затем уселся в одно из кресел в зоне стереоэффекта и включил магнитолу.
Что же, музыку надо слушать, а писать о ней – последнее дело. Я никогда не понимал критиков, которые пишут о крещендо и диминуэндо, о фортиссимо и пианиссимо. Для меня критерий был один: нравится – не нравится, а все прочее – от лукавого! И я погрузился в пучину стереозвука...
К сожалению, мое почти оргастическое блаженство длилось недолго. Кто-то весьма невежливо похлопал меня по плечу и прокричал в самое ухо:
— Ноги подыми!
Это было примерно так же, как ввалиться в оперный зал во время действия, не дождавшись смены картин. Я вздрогнул и с негодованием отверг протянутую руку.
— Хорошая музыка! – сказала уборщица в синем халате и резиновых сапогах, когда я выключил звук. – Только громкая. Ты ноги-то подыми, я пол протру.
Я сначала хотел прогнать нахалку, но вместо этого покорно переполз на диван и, подобрав ноги, уселся по-турецки. Она схватила чудо-швабру, окунула чудо-тряпку в чудо-ведро и принялась шаркать по ламинату. Она работала и, то и дело, посматривала на меня. Наконец, выпрямилась и опершись на швабру, спросила:
— Не пойму я чтой-то, ты Маринке сын али кто?
— Альфонс я!
— Смешное имечко! – засмеялась служительница чистоты. – Вроде Адольфа.
— Альфонс, в данном случае, – это хобби. Я живу за счет своей любовницы Марины Васильевны, а потому могу считаться
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Новобрачная