Название:
Жестокие ведьмы Маркистана (Главы 1 - 4)Добавлен:
10.03.2025 в 01:31Категории:
Экзекуция По принуждению Фетиш Золотой дождь Подчинение и унижение Остальное
(если не все), используют специальные заклятья для усиления боли и страданий тех, кого они секут. Акулина, во всяком случае, точно была великой мастерицей таких тёмных искусств.
Вот и сейчас, прежде чем взмахнуть в первый раз своей плёткой, она как бы про себя, но так, чтобы и Москвичу было кое-что слышно, прошептала короткую не то считалочку, не то молитву на неуловимом языке. А потом резко взмахнула рукой и Москвич, клявшийся себе, что уж в этот раз он точно не проронит ни звука, сдавленно охнул.
Было такое ощущение, что с его ягодиц кто-то молниеносно срезал лоскут кожи. Еще один короткий взмах Акулининой руки – и место ранения прижгли цепочкой раскалённых углей. Прямо по живому мясу. Москвич готов был поклясться, что даже ощутил на секунду запах пригорающей плоти – настолько реальны были все чувства и впечатления.
Снова боль от удара, сдирающего кожу, и снова особый огненный довесок, по всей видимости, для «обеззараживания» рваной раны. Крови не будет, подумал парень. Сразу будут появляться болезненные малиново-бордовые пухлые рубцы, на которые еще долго невозможно будет присесть без горячего напоминания о недавней экзекуции.
А Акулина порола спокойно и размеренно, продолжая нежиться в своём удобном кресле для педикюра, и даже не вытаскивая ног из процедурной ванночки. Её всё вполне устраивало. Она продолжала методично класть один за другим ровные хлёсткие удары по упругой заднице своего любимчика, внимательно наблюдая, как от каждого такого удара вздрагивает и корчится его спина.
Интересно, сколько он продержится на этот раз, думала она, ощущая, как темная волна чужой человеческой боли всё больше овладевала её естеством и поднимала со дна души самые низменные и жестокие эманации.
Она знала, что бить надо долго и ни в коем случае не давая передышки наказуемому. Тогда ужас от нескончаемой боли разрушает внутренние барьеры, которые жертва старается возвести между собой и палачом, чтобы хоть как-то сохранить способность к сопротивлению. Вот это сопротивление как раз и надо сломить. Для этого нужно непрерывно наращивать темп и ждать, когда несчастный рухнет на пол и станет истерично молить о пощаде.
Это тот самый момент истины, о котором всегда говорит директриса. И без достижения которого никогда не следует прекращать пытку.
Было забавно наблюдать, как Москвич сегодня старался ни в коем случае не поддаться отчаянию и не сломаться. Он, видимо, поклялся себе, что вытерпит любой ценой всё, чтобы с ним ни делали. Он будет молчать, в крайнем случае, кусать губы в кровь, но не станет унижаться и орать как маленький ребенок. Он собрался победить из самого безнадёжнейшего из безнадёжных положений – положения беспомощной жертвы. Он хотел сохранить свою внутреннюю стойкость.
И Акулине это нравилось.
Это был явный вызов.
Внешне вполне покорный, даже демонстративно пресмыкающийся раб, на самом деле смел терпеть и не демонстрировать своего отчаяния и страха перед ней! Он имел наглость где-то там, у себя внутри, сохранять чуть ли не чувство собственного достоинства!
Вот это была наглость! Нестерпимая, невозможная дерзость что-то там возомнившего о себе раба! И эту дерзость нужно было обязательно сломать. Об колено. Больно и решительно.
И потому она продолжала методично пороть, выискивая на жопе Москвича ещё не покрытые рубцами и гематомами участки, и с оттяжкой вкладывая туда всё новые и новые удары плети...
Наконец она почувствовала, что парень на грани. Он уже не замечал, как стал открыто подвывать и дрожать всем телом – явные признаки приближавшегося обморока. Еще немного и он рухнет на пол и станет кататься по полу, срывая голос и переходя на дикий визг уже совсем себя не контролируя.
Одновременно Акулина ощутила, как темная волна возбуждения
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Как я трахал одноклассницу