Название:
Зомби-апокалипсис: Сын последний мужчина для материДобавлен:
15.06.2025 в 05:25Категории:
Инцест
перед боем. Взгляд серо-зелёных глаз — не для мира, в котором зомби грызут остатки человечества: он слишком умный, слишком спокойный. Будто она видела конец ещё до того, как он наступил.
На ней тёмно-серая куртка, истёртая у локтей, но подогнанная точно по фигуре. Узкие штаны, высокие армейские ботинки. На поясе — охотничий нож и привязанный к бедру ржавый пистолет, который давно стал частью её тела, как вторая рука. Но вся её опасность — не в оружии. В её молчании, в том, как она смотрит на живого — и на мёртвого — одинаково внимательно. Как будто в каждом ищет не угрозу, а остаток смысла.
Её зовут Нина. Или, может, она давно выбросила своё имя — как выбрасывают письма, которые уже некому отправить.
Она не спасает. Не убивает без нужды. Она просто идёт — и в том, как она идёт, есть странное утешение: пока такая женщина ещё жива, мир, возможно, не совсем умер.
Он тоже любил молчать. У него был упрямый взгляд. Он выжил, когда сгорел их дом, когда упал отец, когда соседи превратились в нечто, что не называли больше по имени.
— Ты красивая, — сказал он однажды, глядя в темноту.
Она не отвернулась, не ахнула, не отвела взгляда. Просто улыбнулась — горько, как женщина, у которой отняли всё, кроме зеркала.
— Я не красивая. Я просто последняя.
Он не ответил. Повернулся к ветру.
— Мы ведь умрём здесь?
— Наверное.
— Это всё?
— Это — много. Больше, чем у большинства было.
На утро они опять сидели вдвоём на краю крыши. Смотрели, как облака движутся по небу, будто забыли, что под ними — смерть.
— Я видел девочку сегодня ночью, — сказал он вдруг. — Во сне. Она была из школы. Я тогда ещё даже не умел целоваться.
— И что?
— Она смотрела на меня, как будто я мог всё изменить.
Она кивнула.
— Ты всегда хотел, чтобы кто-то смотрел на тебя так.
Он промолчал.
— Но я — не она, — добавила она тихо.
Он смотрел вдаль. Ни одного зомби. Ни одного крика. Только ржавый автобус у входа, который качался, будто в нём всё ещё кто-то дышал.
— Мам...
— Я здесь.
— А если бы всё вернуть? До всего этого. До войны. До вируса. Ты бы вышла за него снова?
— Нет.
— За кого тогда?
Она не ответила. Только тихо дотронулась до его плеча, как до двери, за которой пусто. Он вздрогнул. Но не отстранился.
В тот вечер они закрыли проход на лестницу. Заперли изнутри, как всегда. Но в глазах у обоих была усталость. Не от страха. От невозможности быть кем-то ещё. Он спал у стены. Она — у пламени.
Когда наступило утро, никого уже не было на девятом этаже. Только ветер. И чьи-то шаги снизу — тяжёлые, волочащие, словно мёртвые учатся ходить заново. Ветер шёл по подъездной шахте, как старик с палкой. Шаг. Шаг. Пауза. Потом скрип — будто бы дом вздыхает.
Они жили на девятом этаже. Или, точнее, среди его останков: бетон, торчащий из стен, куски обоев с детскими рисунками, вбитая в пол раковина. Из окон дуло, как из рта мертвеца. Но у них был огонь.
Она сидела на перевёрнутой ванне, обёрнутая в трофейное пальто с мехом, обтягивающее бедра. Он чинил затвор старого охотничьего ружья. Стук металла отражался в пустых окнах, будто сам дом слушал их.
— Опять снилось? — спросила она, не поднимая головы.
Он кивнул.
— Ты была не ты. Но кожа — как сейчас. Живая.
Она усмехнулась — хрипло, коротко.
— Иногда мне кажется, что я умерла. Но ты продолжаешь дышать — и я будто обязана.
Он посмотрел на
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Я и Висс: наша история