Название:
Право первой ночи. Часть 2Добавлен:
20.12.2025 в 12:26Категории:
Инцест Измена По принуждению
недобрые. "Врёшь, девка! — рычит. — Сам видел, как губы облизывала!" Не выдержала Маруся, со слезами на глазах упала на колени: "Ну, не устояла я перед ним, сладким таким... Больше не буду, прости, Христа ради!"
"Верю я тебе, Маруся, — прогнусил он ласково, но с ехидцей в голосе, — да урок тебе преподать надобно, чтоб помнила." Идёт он к двери, запирает её изнутри на засов тяжёлый, чтоб никто не вошёл. Возвращается, глаза горят, как у волка голодного. "А ну-ка, снимай с себя всё, до нитки!" — велит. Страх в глазах у Маруси мелькнул, как молния в туче, но ослушаться не смеет — староста всё ж, власть имеет. Снимает она сарафан дрожащими руками, потом сорочку, стоит нагишом, руками груди прикрывает, кожа белая, как сметана, тело молодое, упругое. А Еремей смотрит с вожделением мерзким, слюна по губам потресканным стекает, бородёнка сальная шевелится. Старый он, вонючий, одежда грязная, пропитанная потом и пылью амбарной, руки костлявые, пальцы грязные, с чёрными ногтями, волосы сальные к черепу прилипли, как пакля мокрая.
"А ну, спину выгни, попу отставь!" — приказывает он, голос хриплый от желания. Слушается Маруся, наклоняется вперёд, опирается о мешки, спину выгибает, попа вверх торчит. Подходит Еремей ближе, прикладывает руку свою костлявую к ягодицам её нежным, гладит сперва, пальцы грязные по коже скользят, и вдруг — шлёп! — как даст по попе ладонью плоской. Взвизгнула Маруся, тело дёрнулось, а он ещё и ещё — раз десять шлёпает, раскраснелись ляжки у неё, как яблоки спелые, болят, жгут. "Не буду больше, Еремей Кондратьич, миленький, прости!" — молит она, слёзы по щекам ручьями. Сидит Степан в углу своём тихо, как мышь, дышать боится — вдруг услышит Еремей и ему урок преподаст!
А староста тем временем ухмыляется, штаны свои грязные расстёгивает, достаёт хрен свой старый, сморщенный, но набухший, плюёт на ладонь обильно, слюна тягучая, и смазывает его, размазывая по всей длине. Подходит вплотную к Марусе, хватает её за бёдра пальцами грязными, впивается в кожу, оставляя синяки, и вставляет резко, без жалости, в лоно её тесное. Вскрикнула Маруся от боли да отвращения — воняет от него потом кислым, табаком прогорклым, грязью застарелой. Трахает он её грубо, толчками короткими, хрен свой старый в неё вгоняет, пыхтит, как кузнец у горна, лапает грудь девичью пальцами теми же, грязными, соски щиплет, мнёт, как тесто. Маруся стонет, не от радости — от муки, тело её трясётся, слёзы капают на пол пыльный. Наконец зарычал Еремей, как пёс цепной, выдернул хрен свой и кончил на спину да на попу её — семя жидкое, липкое, стекает ручьями по коже, пачкает всё. Обтёрся он подолом своей рубахи грязной, штаны подтянул и ушёл, дверь отомкнув, а Маруся так и осталась лежать, всхлипывая, в грязи той кладовой.
Вот такое воспоминание возникло в сознании у Степана, как молния в голове ударило, и похолодело внутри. Подошёл он к двери той слегка незакрытой, приник к щели узкой, глазом одним заглянул, дыхание затаив.
Там Еремей и Катя стоят посреди комнаты, лампада тускло светит, тени по стенам пляшут. Ухмыляется староста, довольный, бороду свою сальную теребит пальцами грязными, ногти чёрные. "Барин велел проверить, девка, целка ли ты ещё, али нет, — прогнусил он скрипуче, глаза масляные блестят. — Не то жених твой, Степан, товар порченый возьмёт." Катенька вспыхнула, щёки алые стали: "Конечно, целка я, Еремей Кондратьич, как бог свят!" А он только головой качает, ухмылка кривая: "Слова — ветер, девка. Приказ барский, али позвать его, Захара Демидовича? Он сам проверит, да
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Заветная мечта..