Название:
Неукротимое волнение (Главы 1 - 4)Добавлен:
24.01.2026 в 06:14Категории:
Романтика Подчинение и унижение
прохладную столешницу. Тарелки, в шоке от происходящего, с грохотом падают на пол. Он раздвигает её бёдра, и перед его взором открывается вся та красота, что сводила его с ума долгие десять часов адского ожидания.
— Я сегодня скучал по этой красоте целую вечность, — его признание звучит как угроза. Он не входит в неё, а врезается, одним резким, безжалостным толчком, заполняя до самой глубины, заставляя выгнуться с тихим стоном.
«Целый день, — его губы скользнули по её шее, оставляя влажный след, — я только и делал, что представлял, как пахнет твоя кожа здесь».
Его пальцы впились в её бёдра, держат так, что после останутся живописные синяки, каждый толчок – высекает его имя на её теле, как на алтаре. Прохлада мрамора смешивается с пожаром её спины.
Оля, словно дикая кошка, впивается ногтями в его предплечья, дыхание сбилось. «Медленнее...» — попыталась выдохнуть она, но Валера лишь углубился, выжав из её груди не слово, а протяжный, обрывающийся стон.
«Нет. Медленно – это было целый день. Сейчас – быстро».
Его рука, словно змея, скользнула между их тел, нашла бугорок, содрогающийся от каждого прикосновения.
Парень не ласкает – он нажимает, крутит, требует, наблюдая за тем, как её глаза теряют фокус. В уголке её рта выступила слюна. Валера поймал её губами – соленая, как и все в ней сегодня.
Звон разбитой посуды под ногами, хруст фарфора под его каблуком – всего лишь музыкальное сопровождение. Мир сжался до четырёх точек: её бёдра, его руки, точка соединения и точка исступления, которую он методично терзал пальцами. Ну, кто сказал, что романтика умерла?
Валера чувствовал, как её внутренности судорожно сжимаются вокруг него, словно пытаясь задушить. Прекрасно. Пусть душит. Пусть оставит следы не только на его душе, но и на теле. Он наклонился, прикусил мочку уха.
«Кончай, — прошептал он, и это приказ, отлитый в стали. — Кончай, пока я горю внутри. Чтобы запомнила, каково это — ждать».
Её тело вздрогнуло, Валера почувствовал волну тепла, и только тогда разрешил себе сорваться в пропасть, вглубь, с тихим рыком, выдыхая всё напряжение дня ей в самое нутро. Тишину нарушает только их прерывистое дыхание.
Парень не отпускает её, прижав лоб к её мокрому виску. «Пеньюар, — хрипло сказал он, — всё равно придется стирать».
И только сейчас заметил, что тонкое кружево на её плече безжалостно порвано.
Его пальцы скользнули по рваному кружеву, чувствуя подушечками пальцев неровные края ткани. — Ты рвёшь мои вещи, словно они тебе не дороже бумаги, — прошептала она, но в голосе не было упрёка – лишь хриплый отголосок только что пережитого.
«Дороже», — он провёл языком по оголённому плечу, чувствуя, как её кожа покрывается мурашками. «Бумага не пахнет тобой».
Оля закусила губу, когда его ладонь снова легла на её живот, скользя ниже, туда, где их тела всё ещё связаны липким теплом. «Ты же сказал – кончай», — её голос дрогнул, когда его пальцы вновь нашли ту самую точку, уже перевозбуждённую, почти болезненную.
«Я сказал – кончай. Не говорил – останавливайся», — его зубы сомкнулись на её ключице, оставляя новый след. Вот это да, у нас тут свой собственный граф Дракула!
Оля застонала, когда он вошёл снова, медленно, на этот раз, растягивая каждый миг, словно палач, наслаждающийся последним вздохом приговорённого. «Ты ненавидишь меня», — выдохнула девушка, цепляясь за его плечи.
Валера рассмеялся – низко, глубоко, словно гром перед штормом. «Нет. Но если так легче – представляй».
Её ногти впились в его спину, и он почувствовал, как по коже стекают тонкие полоски крови. Прекрасно. Вот оно – настоящее искусство!
«Рви меня тоже», —
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Розовый шарик детства