Название:
Трепет Татьяны. Неизвестный ПушкинДобавлен:
09.03.2026 в 22:59Категории:
Фантазии
щиколоткам. Член Жени стоял вертикально, венозный, красный, готовый, с блестящей головкой.
Она отступила назад, встала посередине.
— Вот ваши пистолеты, — сказала она тихо, но так, чтобы услышали все. — Заряжены. Сходитесь. Медленно. Кто первый попадёт спермой — тот и победил. Тот и получит её. Как в настоящей дуэли — до первого выстрела.
Класс замер. Никто не дышал.
Элиза всё ещё сидела на подоконнике — ноги разведены широко, юбка задрана, промежность открыта всем. Она запустила два пальчика внутрь себя — медленно, глубоко, с тихим влажным звуком. Пальцы вышли блестящими, она развела их, показывая, как нити влаги тянутся между ними. Потом снова ввела — теперь уже три, растягивая себя, открывая вход ещё шире. Её клитор пульсировал на виду, губы дрожали, капли стекали по подоконнику.
Макс и Женя начали сходиться. Шаг. Ещё шаг. Руки их легли на члены — медленно, синхронно. Они дрочили — не торопясь, но жёстко, глядя только на Элизу. На её пальцы, которые входили и выходили, на блестящие губы, на то, как она выгибается, как стонет тихо, почти плачет.
— Смотрите на неё, — тихо сказала Марина Викторовна. — Это ваша мишень. Это то, из-за чего стрелялись Онегин и Ленский. Не честь. Не оскорбление. Вот это. Открытая, мокрая, зовущая пизда Татьяны, которая течёт от одного вида пистолетов.
Они сходились ближе. Члены их были уже багровыми, головки блестели от предэякулята. Движения рук ускорялись. Дыхание стало хриплым, прерывистым.
Элиза застонала громче — пальцы её теперь двигались быстро, глубоко, с чавкающим звуком. Она раздвинула ноги ещё шире, упёрлась пятками в подоконник, выгнула спину — вся промежность была на виду, раскрыта, пульсировала, текла.
Макс первый сорвался. Он зарычал — коротко, по-звериному — и кончил. Струя спермы вылетела вперёд — густая, белая, горячая — полетела через класс, но упала на пол, не долетев до Жени.
Женя усмехнулся сквозь стиснутые зубы. Ещё три шага — и он был уже рядом с Максом. Рука его мелькала быстрее. Он смотрел только на Элизу — на её пальцы, на то, как она растягивает себя, на то, как клитор дёргается.
— Твоя… — прохрипел он Максу. И кончил.
Струя вышла мощной, длинной — прямо на грудь Макса, на рубашку, на шею. Белые капли стекали по ткани, оставляя мокрые следы.
Макс дёрнулся, будто от удара. Но не отступил. Он схватил Женю за плечо — не для драки, а чтобы удержаться. И кончил снова — вторая волна, слабее, но всё равно густая, попала уже на живот Жени.
Они стояли друг напротив друга — тяжело дыша, члены всё ещё подрагивали, сперма стекала по телам, капала на пол.
Элиза не выдержала. Её пальцы замерли внутри, тело выгнулось дугой — и она кончила. Тихий, протяжный крик сорвался с губ. Влага брызнула — не сильно, но заметно — прямо на подоконник, на пол, несколько капель долетели до ближайшей парты.
Марина Викторовна подошла ближе. Посмотрела на них троих — на Элизу, дрожащую на подоконнике, на двух мальчиков, покрытых спермой друг друга.
— Дуэль окончена, — сказала она спокойно. — Победителей нет. Как и в поэме. Оба проиграли. Потому что стрелялись не за неё. А из-за неё. И оба… попали мимо.
Она повернулась к классу.
— Теперь вы понимаете, почему Пушкин написал именно так. Потому что настоящая дуэль — всегда за женщину. И всегда — кончается ничьей.
Класс молчал. Только тяжёлое дыхание. Только капли, падающие на пол. Только тихие всхлипы Элизы.
13. Ай да Пушкин
Класс больше не был классом. Он стал чем-то другим — горячим, влажным, пульсирующим организмом, где каждый дышал в унисон с тем, что происходило у
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Знакомстао с родственником