Название:
Школьные экстремалки (Часть 2)Добавлен:
Вчера в 06:30Категории:
18 лет
сдерживала стон.
Они продолжали игру, глядя друг на друга в зеркале:
— Мы… мы не будем… — выдохнула Инна своим голосом, хотя пальцы на краю юбки дрожали всё сильнее.
— Будете, — отрезала Аня голосом Эдуарда Петровича. — И стоять будете до тех пор, пока я не удостоверюсь, что вы действительно «прилежные». А если выяснится, что под этими юбками — голые, текущие пизды… тогда разговор будет совсем другим.
В зеркале отражались две идеальные школьницы: прямые спины, серьёзные лица, аккуратные блузки. А под короткими юбками — две голые, возбуждённые до предела письки, которые уже вовсю текли, и две попки, которые слегка дрожали от напряжения и желания.
Ни одна из них так и не подняла подол. Но именно это словесное противостояние, эта опасная игра «а что, если учитель действительно увидит», доводила их до настоящего безумия.
Аня (голосом учителя, уже почти шёпотом, но с торжеством в глазах): — Вы не посмеете отказаться… потому что на самом деле хотите, чтобы я увидел.
Инна только тяжело сглотнула, чувствуя, как очередная капля её соков медленно стекает по ноге.
Они стояли перед зеркалом, две «примерные ученицы», и игра становилась всё опаснее и слаще.
Воздух в комнате стал тяжёлым и горячим, будто кто-то невидимый закрыл все окна. Аня окончательно вошла в роль Эдуарда Петровича: плечи расправлены, подбородок слегка приподнят, взгляд холодный и хищный. Её лицо стало суровым, почти жестоким, а голос — сухим, властным, с той самой учительской интонацией, от которой у всего класса обычно мурашки по коже.
Она сделала резкий шаг вперёд, почти вплотную приблизившись к Инне. Теперь они стояли лицом к лицу перед большим зеркалом — две школьницы в идеальной форме, но одна из них уже полностью перевоплотилась в строгого историка.
— Послушайте, Инна, — чётко, почти по слогам произнесла Аня голосом Эдуарда Петровича. — Ваше сопротивление только подтверждает мои подозрения. В истории всегда было так: те, кто пытается скрыть контрабанду или нарушение устава, ведут себя именно так — отчаянно и нелепо. Вы нарушили школьные правила, и я имею полное право убедиться в этом лично!
Не дожидаясь ответа, Аня резко протянула руку и крепко вцепилась в край Инниной юбки. Пальцы сжались на тонкой ткани. Она дёрнула вверх, пытаясь одним сильным рывком задрать подол.
Инна вскрикнула — коротко, испуганно — и мгновенно вцепилась обеими руками в свой подол, прижимая юбку к бёдрам мёртвой хваткой. Сердце колотилось где-то в горле, готовое вырваться. От дикого адреналина и стыда её ягодицы непроизвольно сжались, а тугой анус напрягся в маленький твёрдый узел. Она чувствовала себя абсолютно беззащитной: под тонкой тканью юбки — ничего. Только голая, пухлая, уже сильно мокрая писька, которая пульсировала так сильно, что каждая секунда борьбы отдавалась сладкой болью между ног.
— Нет! Отпустите! Вы не имеете права! — почти простонала Инна, отчаянно борясь за каждый сантиметр ткани. — Это… это частная собственность! Это насилие!
Аня не отпускала. Она продолжала тянуть юбку вверх, и в этой яростной борьбе тонкая ткань сильно натянулась, чётко обрисовывая округлые контуры Инниной голой попки. Юбка приподнялась всего на пару сантиметров, но этого было достаточно, чтобы обе почувствовали, насколько близко к разоблачению они находятся.
— Право? — насмешливо переспросила Аня голосом историка, не ослабляя хватку. — Милочка, не смешите меня своим либерализмом. В Древней Спарте слабых и непокорных выставляли нагими на центральной площади для всеобщего обозрения и порицания. В Средневековье за ложь учителю вас могли высечь при всём классе, предварительно обнажив всё, что вы так тщетно пытаетесь скрыть!
Она сделала ещё одно резкое усилие. Край юбки приподнялся выше — теперь уже почти
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Безумное желание...