Название:
Королева пацанов (Главы 1 - 5)Добавлен:
Сегодня в 01:52Категории:
18 лет По принуждению Минет Наблюдатели Студенты Подчинение и унижение
от слёз восторга глаза. В руке у него бессильно болталась полупустая банка пива, он сжимал её так, что хрустел алюминий. — Смотри, как он её ведёт! Пальцем водит! Она же на каждом слове клюёт, как голодная плотва! Рот открыла, глаза вытаращила. Готово, твоя! Совсем твоя!
— А Димон-то... Димон-то, сука, хорош! — с придыханием, полным дикого, животного восторга и жгучей, чёрной, поедающей изнутри зависти, перешёптывались между собой Кирилл и Стас.
— Просто мастер! Любую, самую закомплексованную, самую заносчивую тёлку, вывезет на раз-два! На пустом месте! Смотри, как он её разводит на полную! «Искусство», «богиня», «шедевр»! А она, дура, ему ещё и подыгрывает, строит эти свои гламурные, глупые рожицы, думает, что она умная и крутая! Это ж надо так! Это талант, блядь! Настоящий!
Саня сидел, отвернувшись. Он слышал. Его слух, заострённый до болезненной остроты, вылавливал из шума прибоя и ветра каждый их шепоток и похабное, как плевок, слово.
Звуки впивались в него острыми, раскалёнными иглами, вонзаясь в барабанные перепонки и застревая где-то в мозгу. Он видел, как рука Димона, его широкая, наглая лапища, покоится на теле его матери.
И она... она, блядь, шутит об этом! Её голос, знакомый до боли, звучал с той самой язвительной интонацией, которой она отбривала назойливых кавалеров. Только сейчас эта интонация звучала как дикий, кощунственный фарс.
В его голове, тяжёлая, как набат, стучала одна и та же мысль: «Мама, да очнись ты, он же тебя трогает! Почему ты не видишь? Почему ты не оттолкнёшь его? Почему ты... смеёшься?»
Но он сидел и молчал, съедаемый изнутри жгучим стыдом и полным, унизительным бессилием. Он чувствовал себя мальчишкой рядом со взрослыми, уверенными в своей правоте парнями, объединёнными в свою хищную стаю.
А он один. И он не мог защитить даже свою собственную мать от неё самой. Он мог только сидеть и глотать этот яд, наблюдая, как женщина, которую он больше всего на свете любил и уважал, добровольно, с улыбкой на лице, превращается в шутовскую куклу в руках этого хама, на потеху всей его сволочной компании.
И он не мог даже закричать. Он заключил это пари и тем самым дал на это своё согласие. Он был таким же соучастником, как и все эти хихикающие ублюдки за его спиной. И от этого осознания его тошнило, но подняться и уйти он тоже не мог.
***
Димон встал прямо перед ней, подняв телефон на уровень её лица.
— Теперь... улыбнись. Широко. Во весь рот. Не ту дурацкую уточку, а по-настоящему. Как будто я только что рассказал тебе самый смешной и остроумный анекдот в твоей жизни. И ты не можешь сдержаться. Давай.
Он скорчил дурацкую, искажённую гримасу. Вытаращил глаза, высунул язык и надул щёки. Лика, глядя на это нелепое, юное лицо, против своей воли, рассмеялась.
— Вот! Идеально! Именно то, что нужно! — щёлкнул затвор, запечатлевая её сияющее, по-настоящему красивое лицо. — Теперь посмотри на меня так... — он сделал серьёзное лицо, но в глазах прыгали чёртики, —. ..будто я самый надоедливый, невыносимый мужик на всём белом свете. От которого ты уже устала.
Она с преувеличенным страданием закатила глаза.
— О, Господи, это самое лёгкое задание на сегодня, — вздохнула она. — Ты и есть самый надоедливый, самоуверенный, невоспитанный мужик на всём этом побережье. И, наверное, за его пределами тоже. Ужасный человек. — Слова были не лестными, однако она произнесла их тоном, каким обычно говорят «дурак» любимому.
Они ещё несколько минут дурачились, обмениваясь колкостями и подтрунивая друг над другом. Смех лился легко, уже без нервной, визгливой ноты. Димон продолжал снимать, но теперь
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
мой нежный зверь)